Темнота в этом лесу была особенной: она не просто прятала тропинку, она будто старалась запутать шаги. Каждый шорох звучал громче, каждый куст казался чудовищем.
Лисёнок дрожал, а Зайчонок хоть и видел в темноте, но каждый громкий звук заставлял его поджимать уши.
— Если бы только луна вышла, — прошептал Лисёнок.
— Луна прячется, когда в лесу слишком страшно, — тихо сказал Зайчонок. — Так бабушка рассказывала. Она выходит только тогда, когда кто-то не сдаётся.
Они пошли по тропинке: Зайчонок впереди, уверенно, но медленно, Лисёнок позади, стараясь дышать ровно и прислушиваться. Вдруг прямо перед ними выросла огромная тень: не дерево и не куст, а будто сама темнота собралась в фигуру и прошептала низким голосом:
— Куда вы идёте? Здесь нельзя.
Зайчонок замер, а Лисёнок хотел убежать, но вместо этого вдруг выпалил:
— Мы идём домой! И мы не одни!
В этот момент из-за кустов выскочила маленькая сова — не простая, а лунная. Она села на ветку и звонко крикнула:
— А я с ними! И ещё ветер с нами! И даже этот старый пень, который скрипит, он тоже с нами!
Ветер подхватил её слова и понёс по лесу: «Они не одни!» И тень, которая казалась такой страшной, вдруг рассыпалась на сотни маленьких теней и разбежалась, как испуганные мыши.
А потом над лесом медленно поднялась луна. Она была не круглая, а будто собранная из множества серебряных капель, и светила так мягко, что даже шорохи стали звучать как шёпот друзей.
— Видишь? — сказал Зайчонок, кладя лапку на плечо Лисёнка. — Когда ты не один, темнота не может победить.
— А когда ты кричишь «я не один», даже луна тебя слышит, — улыбнулся Лисёнок.
С тех пор, если в лесу становилось слишком темно, звери собирались вместе и громко говорили: «Мы не одни!» — и луна обязательно выходила.
Самый сильный свет рождается не от огня, а от того, что ты не боишься сказать: «Я не один».



